Каморка, где происходил наш разговор, была пуста, как жестяная банка из-под пива. Кроме стола и пары кресел, здесь не было другой мебели. Полковник придерживался спартанской обстановки либо, что представлялось мне более правдоподобным, занимался показухой. Мол, вот какие мы голодные, холодные, зато вооружены до зубов и очень злы на всех. У двери стоял, изображая из себя статую, единственный свидетель нашего разговора — простой солдат, с ног до головы облаченный в видавшие виды пустынные доспехи Имперского экспедиционного корпуса «Песчаные крысы». Он подался вперед, стараясь получше разглядеть пачки денег. Полковник, заметив это, медленно подошел к нему, достал из кобуры пистолет и направил ему в голову. Часовой испуганно отпрянул. Раздался выстрел. Пуля, выпущенная в упор, пробила узкое забрало и вышла с противоположной стороны шлема. Часового отбросило назад, и он сполз по двери на пол, оставляя кровавый след. Полковник спрятал пистолет в кобуру и вернулся к столу.

— Значит, договорились. Направляйтесь на Северную базу, там будет формироваться конвой. И прикажите своим людям готовить ракеты к транспортировке. Я прибуду позже. А теперь не смею вас более задерживать, лейтенант.

Едва я открыл наружную дверь, как сильный порыв ветра ударил в лицо. На зубах захрустел песок. Ветер разыгрался не на шутку. Он яростно срывал пластиковые чехлы, под которыми прятались от посторонних глаз танки и ракетные вездеходы. Мечущиеся в пыльной мгле серые силуэты солдат придавали картине драматический характер. Прямо какие-то застигнутые врасплох демоны, которых постигла кара небесная.

— Капрал Браун, сэр! — отдал мне честь подбежавший боец. — Мне приказано сопровождать вас и проследить, чтобы с вами ничего не приключилось.

— И часто у вас такое бывает? — постарался я перекричать жуткий вой ветра и поспешно закрыл лицо респираторной маской, протянутой капралом Брауном.

— Раз или два в неделю! — ответил Браун, помогая мне закрепить застежки на затылке.