Сан коснулся клавиши ответа.

- Мой господин.

- Мистер Сан. - Голограмма хорошо передавала гневное выражение лица барона Сильверсайда. Он был мужчиной плотного телосложения, широкоплечим, в прошлом борец-любитель. На скулах барона белели седые бакенбарды что-то вроде светлого гало. Было видно одну его руку, которая теребила бакенбард.

- Что, - требовательно вопросил барон, - означают все эти боевые тревоги? Ваши люди что, сбрендили?

Сан изобразил изумление.

- Сэр, - удивленно проговорил он.

- Они носятся по холлам, вооруженные до зубов, в то время как мои гости идут обедать. Я уже наслушался жалоб.

Теперь обе руки барона теребили бакенбарды. Сан держался невозмутимо. Он оставался пауком, сидевшим в ловчей сети и готовым броситься на жертву.

- Прошу прощения, ваше превосходительство. Дело в том, что мы, видимо, получили ложные сигналы из хозяйственных туннелей.

- Вы уверяли меня, - возразил барон, - что система безопасности непогрешима, а ваши охранники будут действовать так, что их никто не заметит.

Сан чувствовал, как лоб щиплет от испарины.

- Сэр, - сказал он, - прошу прощения, но я сказал "почти никто не заметит".

Барон одарил его ледяным взором, наматывая на пальцы пряди волос.

- Сан, - заключил он, - я этого больше не потерплю. Вы пока не изловили ни одного грабителя, но успели перепугать моих гостей.

- Мои люди несколько несдержанны, это правда, - согласился Сан. - Мы долго готовились. Но я прикажу им вести себя более... более терпеливо.

- Здесь Киоко Асперсон, Сан, - напомнил барон. - А она с превеликой радостью повсюду раззвонит о том, что я посадил идиота в кресло главы службы безопасности. - Глаза его грозно полыхнули. - Не дайте ей такой возможности.