– И вы скептически относитесь к моим приготовлениям?

– Не к ним. Но в опытах вроде того, к которому вы собираетесь прибегшнуть, используются либо маленькие дети, либо юные девушки. Я, как все могут видеть, ни к тем, ни к другим уже не принадлежу.

– Не суть важно! – запальчиво возразил Присциан. – Действительно, ясновидение может проявиться при воздействии мага на незамутненную душу отрока или отроковицы. Но также, когда субьект от природы является обладателем определенного дара… Сегодня также подходящий день, и, хотя шесть – не очень счастливое число…

– Ну, если вы придаете такое значение нумерологии, будем считать, что нас здесь не шестеро, а дважды по трое.

Присциан кивнул, не заметив или не желая замечать иронии в ее голосе.

– Что за чушь, что за бабьи сказки! – взорвался Вальтер. – Будут здесь говорить на человеческом языке или нет?

– Ты бы лучше села, – сказала мать Изенгарда. Это были ее первые слова за вечер.

Бегинка обнаружила в темном углу табурет, придвинула его и уселась напротив остальных. Все это напоминало карикатурную пародию на Тайную Вечерю.

– Мы перейдем когда-нибудь к делу? – не унимался Вальтер.

Гарен Сегирт сделал изящный жест, привлекая к себе внимание.

– К делу так к делу. Здесь собрались люди, озабоченные судьбой нашей провинции и дурным правлением имперского наместника Стефана Гроу. Люди разных сословий. Любезная сестра отметила отсутствие купцов. Это не случайно. Им все равно, где жить и кто будет править, лишь бы были им привилегии в торговле, снижались пошлины на ввозимые товары, и корабли стояли в гавани Манты.

– Ошибочное мнение, – заметил Ансельм. – Они еще скажут свое слово, хотя, может быть, и не сейчас. Наверняка не сейчас.

– А пока они достаточно хороши, чтоб их потрошить! – расхохотался Вальтер.

– По-моему, мы отвлеклись, – вежливо продолжал Сегирт. – Итак, будущее. А так как мы здесь люди просвещенные, и, скажем, лишенные предрассудков…