— О, точняк, — Пётр кивнул. — Яма это хорошо, — он снова уставился на Дмитрия. — Вот так вот, дружище. Был бы ты с коллективом, я бы взял тебя с собой на отбойник. Там сегодня вообще ничего делать не нужно, понял?

— Мне всё равно, — Дмитрий стряхнул пепел в пустую консервную банку. Хреново, конечно, после бессонной ночи в землю врываться, но с другой стороны, зато в одиночку. Можно спокойно додумать рассказ, который начал вчера вечером.

— А, ну да, — Пётр усмехнулся. — Базарить ему с нами западло, в карты он с нами не играет, в обед пожрёт и сваливает сразу куда-то. Дрочить, что ли, уходишь?

Бригада снова прыснула от этой заезженной шутки.

Дмитрий молча продолжал курить почти не слушая словесный понос Байкова. Тем более что тот мог изливаться в течение всего рабочего дня безостановочно.

— Ты понимаешь, что такое коллектив? — продолжал «серый кардинал». — Это когда каждый друг за дружку, помогает, если чё. Понимаешь? Или тебе насрать? Не, ты скажи, чё там, мы не обидимся. Нам и без тебя нормалёк, если чё…

До обеда Дмитрий успел выкопать половину ямы и почти проработать в уме финал рассказа. Торопливо доставая из пакета банки с обедом, он уже предвкушал, как быстро поев, снова уединится в разбираемом здании старого Уксусного цеха, на огромной широкой трубе и продумает финал с тщательностью.

— Чёрт! — звон вслед за разбитым стеклом разлетелся по подсобке.

— Ха! — тут же откликнулся Байков. — Не повезло тебе, бригадир.

Сняв пластмассовую крышку со своей банки, он принялся уплетать за обе щёки, одновременно комментируя с набитым ртом:

— Эт потому, что спешить не надо. Поспешишь — людей насмешишь. Понял?

Дмитрий бросил взгляд на свой обед. Чего там Машунька сегодня положила? В одной банке был наваристый борщ, во второй картофельное пюре с двумя котлетами.

Отдавать борщ стало стыдновато, решат ещё, что котлеты зажал, и он протянул банку со «вторым» бригадиру.