— Держи.

— В смысле? — с недоверием спросил тот.

— Ну, у тебя ж разбилось, — Дмитрий пожал плечами. — Ешь.

Быстро расправившись с борщом, Дмитрий положил пустую банку обратно в пакет и поднялся из-за стола.

— Чё, опять дрочить? — засмеялся Байков, и бригада тут же подхватила. — А чё в картишки с коллективом желания нету?

— Ну если хочется человеку подрочить, — хихикнул бригадир, — Чего ему мешать?

Бригада разразилась смехом с новой силой, и лицо бригадира просияло. Не часто ему удавалось козырнуть своим «остроумием», но сейчас вот получилось и он довольно принялся за вторую котлету.

У хорошего сисадмина всё работает, как швейцарские часики. В смысле то, что зависит лично от него. Серваки, локалка, пэкадэшки. Но и то, что от него не зависит, всё равно должно как-то подгоняться, исправляться, и даже иногда доделываться. И с железом так, и с программками.

Антон плёлся по пыльной просёлочной дороге, время от времени озираясь по сторонам. На правой ноге щипала раздербаненая с утра мозоль, лоб холодили капли пота, во рту першило от пыльного ветерка, а мозг сам по себе матерился на потерявшего все края сержанта Колчина. И ничего с этим поделать Антон не мог. Ни с мозолью, ни с ветерком, ни со своим мозгом, ни с сержантом, который каждый день посылал «черпаков» по очереди в посёлок за водкой, а сам с утра до вечера валялся в палатке.

Их часть, ФАПСИ, обеспечивающая правительственную связь, в данный момент дислоцировалась недалеко от посёлка Ведено. Антон в начале радовался, когда попал служить именно в неё. Недалеко от дома, всего сорок километров, по слухам — без особой дедовщины и землячества, да и по определению — не самая тяжёлая служба. Присягу он принимал даже с неким воодушевлением, уже строя в голове планы на будущую жизнь после службы. Да, до дембеля ещё как до Пекина раком, но что может случиться в роте связистов столь непредвиденного, что кардинально изменит ход событий? Ну отхватишь с десяток раз пилюлей от дедушек, ну вши-собаки поедят хорошенько, ну ноги там-сям подгниют малость, ну поблюёшь от несвежего, переваренного в хлам сала, так это разве страшно? Вон его однокашник пишет (сначала домой, а потом уже мамка сюда — почтой), у них в ВДВ — вообще кранты.