- Ложитесь, гады, - слегка придя в себя, промолвил Василий Петрович, пытаясь выдернуть капроновую пробку, но тут обладатель гривы и копыт подскочил к Василию, вырвал бутылку у него из рук и, впившись длинными зубами, с характерным звуком выдернул пробку. Потом он запрокинул башку, разинул свою громадную пасть и с вытянутой руки вылил содержимое бутылки прямо себе в желудок, не делая никаких глотательных движений. После этого непарнокопытный засветился голубым и еще веселей пустился в пляс по Васиным коврам, а Вася, понурясь, пошел прочь из комнаты.

На Васиной тахте уютно спали детишки оборотней. Вася постоял над ними, повздыхал и даже поправил одеяло (он вообще любил детей), а потом вышел на балкон. Через открытое окно маленькой комнаты донесся голос самки:

- А я говорю, детей надо отдать на обучение к вампирам. Отличная специальность, хлебная, выражаясь фигурально. А практику смогут прямо на дому проходить, - и она ударила костистым кулаком в стенку Васиной комнаты.

Непарнокопытный крутанул ручку "Шарпа" и, кажется, пробежался по потолку. Сверху застучали:

- Товарищи, прекращайте, уже одиннадцать часов.

- Да у кого же это хулиганят? - спросили с третьего этажа.

- У Василия Петровича, - откликнулись во дворе, - а еще директор. Срамотища!

Вася подошел к телефону и обреченно крутанул диск два раза.

Наутро, переночевав в милиции, Василий понуро брел на работу, хрустя в кармане новенькой квитанцией на штраф за хулиганство. "Как же это они меня так ловко?" - недоумевал он. До сих пор обводил вокруг пальца он, и теперь чувствовал себя обманутым и поруганным.

Вспомнилось, как вошли два милиционера и высоченный парень с красной повязкой. Василий провел их в маленькую комнату, где самка оборотня, жутко фальшивя, уже пела колыбельную над спящими младенцами. Гости куда-то исчезли. В комнате было тихо и полутемно, уютно теплился розовый ночник, привезенный Васей из Прибалтики.