– Маруся! Ты чего? – удивленно спросил Сашка.
– А ты отложи сигарету и сам понюхай, – предложила я ему. – Просто дышать нечем! Миазмы какие-то!
Сашка затушил сигарету и, принюхавшись, сказал:
– Не какие-то, а фекалий, дорогая! И идут они со стороны участка Богданова.
Мы с ним бросились к забору и с ужасом увидели, как на участке Сергея Сергеевича от дворового туалета, в просторечии именуемого «скворечней», ползла светло-коричневая пена, а сам хозяин дома, делая своими длиннющими ногами огромные шаги и периодически застывая на месте, чтобы выискать участок почище, пробирался к калитке и лицо его было искажено такое неистовой яростью, что даже мне стало не по себе.
– Ну вот! Теперь понятно, что имел в виду этот подонок, когда сказал, что Богданов получит обратку, – с ненавистью процедил Сашка.
– Что он сделал? – спросила я.
– Пачку дрожжей в туалет бросил, гад! – яростно ощерившись, пояснил муж. – Вот сволочь!
– Какие мерзавцы! – не сдержалась я. – Вот они, значит, как отомстили! – И спросила: – Что же теперь делать?
– Вот Богданов сейчас подойдет, и будем думать, – ответил Сашка.
Через некоторое время Сергей Сергеевич появился у нас на участке, и мне в нос тут же шибануло такой вонью, что будь у меня насморк, тут же прошел бы.
– Видали? – сквозь стиснутые зубы процедил он, показывая на свой участок.
– И видали тоже, – кивнул Сашка и не удержался: – А ведь я говорил вам после того, как вы же сами нам в дачи канализацию провели, что этот «скворечник» нужно ликвидировать, а вы что мне отвечали? Что руки, мол, не доходят!
– И это тоже, а еще думал, что если вдруг канализация засорится, то будет куда в туалет сходить, – не стал отказываться Сергей Сергеевич. – Только ты мне сейчас, Саша, мораль не читай! Скажи лучше, как спасаться!
– Тут работы будет вагон и маленькая тележка! – мрачно пообещал муж. – После такой изуверской диверсии дезактивировать участок очень тяжело, это я вам как эколог говорю.