— Это почему я малёк?

В ответ он встал и подошёл почти вплотную, улыбаясь. По крайней мере, надеюсь, что это улыбка. А зубищи какие, мама дорогая! Как у касатки! Невольно пришлось задрать голову, чтобы оценить его полный рост. Пожалуй, я не ошибся, метра два точно.

— Конечно, малёк! Ты ведь едва вступил в пору зрелости, ещё расти и расти. Я — Тро! — гордо задрал голову тритон.

— А я Макс.

— Махс? Что за дикарское имя?

— Уж какое есть! — зло ответил я, поворачиваясь уходить.

Тоже мне, хорош гусь! Не успел очухаться, а уже достал, коматозник! Блин, ну нафига я вообще с ним связался? Пусть сам разбирается в своих проблемах.

— Подожди, Махс, где мы?

— Это я у тебя хотел спросить. Затем и вытащил из этой гадости! — не оглядываясь, отрывисто бросил я в раздумьях, в какой ближайший туман подаваться.

— Постой, не злись! Вот все вы молодые такие дерзкие и злые! Ну, извини, согласен, хватать тебя за горло было дикарским поступком.

— Да ладно, проехали! — отмахнулся я.

— Что?

— Не стоит извинений, говорю. Ты сам-то как сюда попал?

Тро задумчиво опустил голову.

— Мы остановились отдохнуть в тени скалы. Нох ещё тогда сказал, что место знакомо, а скалы не помнит.

— Так. Нох — это кто?

— Наш проводник полукровка. Такой же, как ты.

— В смысле полукровка?

Тро обличающее ткнул когтем в шипы на моей руке:

— Это у тебя от Диких! А то, что ты умеешь разговаривать, от нас, вахо. Скорее всего, твой отец был один из нас, а мать — из Диких. Ты что, правда ничего не помнишь?

— Что-то помню, а что-то нет. Я сам едва отбился, голова до сих пор словно чужая, — уклонился я от правдивого ответа.

— От кого отбился?

— От них, — ткнул я стволом на труп мясника.