Остальные давно улеглись в свои ложа глубокого охлаждения. Видит ли человек в таком состоянии сны или это похоже на переходный этап к смерти? Интересно, остальные испытывали, погружаясь в сон, такие же сомнения? Ньюком - астрофизик, старший из них, - жилистый, энергичный, твердый... и за словом в карман не полезет. Но хватает у него воображения, чтобы спросить себя, должны астронавты видеть сны или нет? Ди Феличе - планетолог, сухощавый, относящийся к приятно уравновешенному типу, с грубоватым лицом и несоразмерно большими руками. Ему уже знакомы и Марс, и Сатурн, и Юпитер, а теперь предстоит познакомиться с Ураном. Но задавался ли он когда-нибудь вопросом о границах действительности? Керски - техник-электронщик - молодой, активный, восторженный, неисправимый оптимист; лучшего спутника в межпланетном путешествии и пожелать нельзя. Но можно ли говорить с ним о том неуловимом и недостижимом, что скрыто за материальной оболочкой?

Неожиданно Харрис ощутил полное одиночество и, не думая в этот момент о соглашениях, инструкциях и возможных карах, нажал кнопку вызова в телесистеме. "Кто может приказать или запретить мне что-либо?" - подумал он. Вопрос был риторический.

Экран засветился, и на Харриса с удивлением глянуло заспанное лицо:

- Какие-то неполадки, капитан?

- Соедините меня с номером 001778/34466/8233!

Он помнил этот номер наизусть.

Изображение вздрогнуло, и на экране появилась Эва - такая же заспанная, как девушка-дежурная из Центра управления полетом, растрепанная, но такая же привлекательная, как всегда.

- Ах, это ты, Роджер. Что-нибудь случилось?

- Ничего не случилось, - ответил Харрис. - Я просто хотел тебя видеть.

- Вот уж не ожидала... мы ведь с тобой уже попрощались. Ты знаешь, который час? Четыре утра!

- У нас здесь не бывает ни дня, ни ночи, - сказал Харрис. - Извини, дорогая! Мне пора готовиться ко сну. Я хотел только еще раз увидеть тебя - вот и все. Здесь все в порядке. А у тебя?