- Еще бы... Только недолго. Я посчитал, сколько жизней надо прожить, чтобы добиться толку: получилось черт знает сколько нулей, и я решил, что выгоднее присоединиться к Дуузиду - помните эту историю? - и не промахнулся. А Премия была недурна.

- Она до сих пор не выплачена?

- Нет, хотя заявок было не меньше тысячи. Но после взрыва Астороги, когда погиб навигационный музей, ни один пес не знает даже направления... Вы не хотите попробовать?

- Нет, - сказал Ло Алан, - я тоже считал... Но как странно: достигнуть Свода Вселенной, заселить миллиарды парсеков - и не знать, где та крохотная планетка, с которой, в сущности, родом мы все.

- От нее одни неприятности, - сказал капитан. - Нелепый счет на земные годы и сутки, который никогда не совпадает с реальным. И этот час, в котором шестьдесят минут! Машины вечно захлебываются на пересчете. Тут я не консерватор: все надо менять. Черт возьми, только из-за того, что какие-то обезьяньи потомки на какой-то Земле... Эй, что вы делаете, разрази вас гром! А ну, остановите!

Тележка с грузом - двумя длинными ящиками, - стремительно летевшая к земле, повисла в воздухе на полдороге между поляной и серебристым брюхом "Конкисты".

- Чьи это фокусы? - орал капитан. - Ах, Довиля! Довиль, сюда!

Фигурка Довиля в серебряном скафандре возникла на краю люка, за его спиной развернулись крылья, похожие на два черных зонтика, и через двадцать секунд Довиль стоял перед капитаном, как всегда, невозмутимый и, как всегда, со жвачкой во рту. Оба молчали - Довиль и капитан, и Ло Алан снова увидел сходство между ними. Сходство было неуловимое - не в чертах их лиц, а в их выражении, в повадке, хотя один задыхался от ярости, а второй в это время жевал. Довиль был тоже на свой лад щеголем, и не без оригинальности: правую ступню он потерял при Бонгенузе и заменил ее протезом в форме серебряного копытца.

- Как ты смеешь! - заорал, наконец, капитан.

- А вам, шкип, не все равно, что будет с ихним паршивым грузом? задумчиво жуя, ответил Довиль.