Она улыбнулась:
- Рядом с Марком я выгляжу слишком по-любительски. Он постоянно сражается с туристами, вот и набил руку. О Стефане и говорить нечего. Мы живем уединенно, для него теннис едва ли не единственное развлечение. Матрешка, принеси коктейль. Вы ведь выпьете?
- С удовольствием, - искренне ответил я. - Скажите, а почему вы не замените робота? Таких не выпускают уже лет пятьдесят.
- Я хотела купить прошлой весной. Сюда приезжал торговый агент, кажется, «Европы Электроникс». Предложил их изделие - льстец-универсал. Марк был против. Эта штука умела только расточать комплименты, от которых портовая девка и та бы покраснела. Матрешка надежнее, да и я привыкла к ней. Она хороший сторож, чужого ни за что не подпустит.
Сказано это было с особой гордостью, и я спросил:
- Это для вас так важно? Я имею в виду ее качества охранника.
- Мы тут на отшибе, - ответила она. - Бог миловал, нас никто не трогал, а вот на археологов в том году было нападение. Подумать только, в наше время…
- Нашли виновных?
- Предполагают, сбежавшие заключенные из колонии на Луне. Недалеко нашли военный корабль, который они захватили. Конечно, и я, и муж умеем стрелять, у нас есть два бластера и винтовка. И, кстати, неплохой тир.
На обеде Адели не было. Ианн сидел за столом в одиночестве, ни на кого не глядя. На его левой щеке цвела алая пятерня. Видно, одна из сторон нарушила пакт о ненападении. Майя, как ни в чем не бывало, мило болтала со Стефаном и Артуром Кейси. Стефан был очень польщен ее вниманием и страшно смущался, от души забавляя Майю.
Наконец она поднялась.
- Все, мальчики. Лично я иду загорать и ничего не делать. Господи, как я мечтала об этом. Макс! - крикнула она мне. - Идемте с нами!
- Я вас догоню, - махнул я рукой в ответ. Мы вернулись в коттедж только около половины восьмого. Обогнув дом, я очутился у ангаров. В одном из них стоял аэромобиль Бромбергов, огромный, очень вместительный и старый. В другом находилась роскошная (иначе не назовешь) спортивная машина Адели - «Каравелла» - купе с отделкой кузова под ореховое дерево с позолотой. Сигарообразное ее тело, казалось, подрагивало от нетерпения пуститься в путь, будто породистая скаковая лошадь.