Мак-Кой присвистнул:

– Такая же как у нашего лейтенанта?

– Это его отец, – сказал Спок. – Я прихватил дело о "Феррагуте".

– Значит, там еще что-то есть.

Спок мрачно кивнул:

– И очень много. Среди спасшихся был молодой офицер, это было его первое назначение, – увидев вопрос в глазах Мак-Коя, Спок опять кивнул. – Да, Джеймс Кирк, – сказал он и положил кассету на стол. – Было бы неплохо, если бы ты ее просмотрел.

Через двадцать минут Мак-Кой позвонил в каюту Джеймса Кирка. Ответа не последовало, и он открыл дверь.

Кирк без движения лежал на кровати и смотрел в потолок. Он не промолвил ни слова. Потом встал, включил коммуникатор:

– Кирк вызывает мостик. Рапортуйте, как проходит сканирование.

– Продолжаем работу, сэр. Ничего необычного не зафиксировано.

– Конец связи.

Кирк отодвинулся от коммуникатора, сжал кулаки и воскликнул:

– Не могло же оно просто испариться!

– Иногда так бывает, и если так, нам повезло, – Мак-Кой присел на стул. – Монстры принимают самые разные формы, Джим. И знаешь, какой монстр самый ужасный? Вина, доказанная и недоказанная.

– Поближе к делу, – набычился Кирк.

– Джим… Молодой офицер, первый раз попавший в экстремальную ситуацию, испытывает серьезный Эмоциональный стресс. Мы все знаем, как…

– Доктор, относительно лейтенанта Гарровика я принял решение. Боюсь, вы выходите за рамки…

– Я говорил о лейтенанте Джеймсе Кирке с "Феррагута", – сказал Мак-Кой.

Кирк посмотрел на нет, но промолчал. Мак-Кой продолжил:

– Двадцать лет назад ты дежурил у фазеров, когда что-то атаковало ваш корабль. Судя по записи, молодой офицер настаивал на том, чтобы его подвергли наказанию и признали виновным в случившемся…

– Я помедлил, не выстрелил вовремя.

– Это была нормальная ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ реакция, – говорил Мак-Кой, делая ударение на каждом слове. – Неожиданность! Ты растерялся. Ты задержался с выстрелом максимум на две секунды!