- Ах, ах, ах! - закричал в зарослях удивленыш. Эта крохотная птица была создана им во время последней экологической коррекции, а для чего - уже успел запамятовать.

Было чему удивиться.

В долине, где лес разрывала обширная плешь, на башенке автоматической гелиостанции пылали сразу три сигнальных огня - "опасно", "очень опасно" и "смертельная опасность".

Он побежал вниз по склону, к гелиостанции.

"Приборы, скорее взглянуть на приборы"... Сердце забухало часто-часто, во рту пересохло.

- Ах! - вскрикнул удивленыш.

Поздно!

Звезда вдруг начала расползаться, странный голубой свет пал на холмы и леса. С криком ужаса Импровизатор рухнул между камней. Прежде чем звездный огонь опалил землю, подсознание, древний инстинкт самосохранения стеганули мозг командой - спасайся! сохранись! Тело его мгновенно покрылось сверхпрочным панцирем, превратилось в каменный кокон. И чем яростней жег звездный выброс, тем толще становился панцирь, тем глубже уходило сознание в камень, пока не померкло, не выдержав огромной нагрузки.

"Где я? Что со мной?"

Появилась мысль, и он понял, что очнулся, хотя все ощущения подсказывали - ты мертв! Тишина. Мрак. Грудь не вздымает дыхание... Мгновенно, будто ее включили, вернулась память. В мозг, впрессованный в толщу глыбы, будто ядро ореха в скорлупу, хлынуло понимание и боль, боль, боль...

"Отрада! Милая моя!" - вскрикнул он мысленно. Душа его стонала от горя, желала бы разорваться, но ни одно движение не проникало в камень, бывший некогда его телом. Какие-то рефлекторно созданные биосистемы питали его мозг, он не знал их устройства, не мог сразу же уничтожить, и эта невозможность умереть, убить себя была как насмешка судьбы.