- Но ведь кому-то я должен верить? На кого-то надеяться?

- На Бога надейся, да сам не плошай. Невелика мудрость.

- Тебе хорошо, - заныл Климов, страдая от головной боли. - От тебя жена не уходила.

- От меня ушло четыре жены, - гордо ответил сосед. - А я ушел от семнадцати.

- Ты говоришь совсем, как Терентьев. Пожилой, а пошляк.

- А ты молодой, а слабак. Опять раскис? Болван, все зависит от тебя. А ты лежишь и ждешь чуда. Если тебе нужна эта женщина, сделай так, чтобы ты стал ей нужен.

- Но как я сделаю это? Я ей совсем не нужен. Для нее я умер.

- А ты изменись.

- Я думал об этом. Но как же я изменюсь? Ей нужен сильный, волевой мужчина с широкими плечами и стальным взглядом. А я...

- Опять "я". Отстранись немного от себя, от своего нытья и давай метаморфируй.

- Чего? - не понял Климов.

- Изменяйся, говорю. Всего-навсего. Это же так просто.

- Может, для тебя просто, - засомневался Климов, - а я не умею.

- Захочешь - изменишься, - твердо сказал сосед и громко высморкался. Было бы желание. Если, конечно, ты считаешь, что все дело во внешности. Это вообще - раз плюнуть.

- Не смогу, - сказал Климов, морщась.

- Еще бы! Ты даже анальгин взять ленишься. Предпочитаешь страдать. Ну-ка, вставай, тебе говорю!

- Не кричи на меня, - сказал Климов, но все же встал.

- Ты ведь раб по своей натуре.

- Опять ты за свое. Я - свободный человек.

- Раньше ты был рабом у жены, а теперь у самого себя.

- У меня есть свобода выбора, - заспорил Климов, запивая таблетку.

- Вот потому ты и не свободен! - позлорадствовал сосед. - Свобода выбора уже является несвободой вообще.

- Нелогично.

- Еще как логично! Диалектика, мужичок, диалектика. Сильная штука.

- Ты облака выстирал? - спросил зло Климов.

- Выстирал. А ты хочешь в гости зайти?