Долго еще помниться тому удару, долго, может и до самого конца, до тех пор, пока будет удаваться водить за нос подлую судьбу-ромейку. Правда, не верил он в судьбу, как и сородичи его. Но ромеи верили, может, правы-то были они? Во всяком случае, с ними она заодно, против...
- Стой, приехал!
Даброгез плохо понимал язык франков, но этот оклик он понял. Незаметным движением вытащил меч из ножен, положил поперек седла. "Гляди-ка, уже и сюда добрались, в галлийскую провинцию. Бывшую провинцию, - усмехнулся мысленно, - быстренько же!"
- Кому говорю, оглох?! Слазий давай!
Даброгез привстал в стременах. Ничего не было видно. Голос долетал спереди, но дробился в закоулках - непонятно было: из какого именно он раздавался. "Хозяевами себя чувствуют!"
- Я центурион великой Римской Империи! - выкрикнул Даброгез на латыни.
- Империи? Центурион? Ха-ха-ха! - Из расщелины справа выскочила звероподобная фигура с арбалетом в руках. - Где она, твоя Империя, центурион?!
Даброгез заметил, что франк жмется к домам, боится выйти на середину улицы.
- Империя везде! - раздраженно процедил он. И тут же передернулся от собственных слов - в них ожил распятый варварами префект... Даброгез видел, как казнили чиновника, он стоял в двадцати шагах от позорного столба.