Серым апрельским полднем мрачный и голодный Хельги Ингрем вышел из дверей университетской библиотеки и медленно побрел к учебному корпусу на лекцию по астрологии, размышляя по пути о превратностях бытия. В то утро его раздражало все: туман, лужи под ногами, нищие в подворотнях, крысы в сточных канавах, пыль в библиотеке и особенно эта окаянная астрология! Не для того он тащился в Уэллендорф с Севера, почти от самой Границы Жизни, чтобы изучать подобное мракобесие. Хельги вздохнул. Воспоминание о Севере окончательно повергло его в тоску. Север. Чистый, белый снег, хрустящий под ногами. Искрящийся морозный воздух. Серые скалы, кольца дольменов. И опять же рыба. Вкусная, свежая рыба, а не тухлятина из трактира за углом.

— А! Вот ты где!

Возглас, прозвучавший прямо над его ухом, заставил Хельги вздрогнуть от неожиданности. Он взглянул вверх и увидел Энку собственной персоной. Девица зависла на своем грифоне у него над головой, и вид у нее был на редкость довольный.

— Знаешь, — сообщила она, — тебя ищет Меридит.

— Да? И зачем же? — осведомился Хельги для порядка. Он почти не сомневался в том, каков будет ответ.

— Она собирается тебя убить, — радостно возвестила Энка, — с самого утра. Хорошо, что я нашла тебя первой, увижу, как это произойдет. Знаешь, мне будет тебя не хватать! Ты у нас такой хорошенький, тебе об этом кто-нибудь говорил?

— Ну разумеется, — отмахнулся Хельги, — все только об этом и говорят. Лучше скажи, за что на сей раз?

— За лекции. Зачем ты дал списать ее лекции по философии мерзкому Хомпу?

— Вот именно, зачем? — прозвучал голос сзади, и в следующий миг сильный удар по затылку поверг Хельги наземь.

— Что за дурость? — возмутился Хельги, лежа на спине. — Да я бы в жизни не дал Хомпу не только лекции, а даже... даже пыли из библиотеки, — нашел он подходящее сравнение. — Уж не знаю, кто тебе наболтал...