– Нам страшно нужны деньги, – сказала Беатрис. – Бабушка поймала нас, когда мы брали мясо из ледника, и больше мы этого делать не можем. Но на твои деньги мы можем купить уйму мяса.

Ни один из них не подумал о том, что будет, когда и этот капитал истощится. Четыре доллара тридцать пять центов казались по тем временам крупной суммой. И потом, им совсем не нужно было покупать дорогое мясо – достаточно, если оно будет сырым и красным.

Все вместе они шли по затененным акациями улицам. Кое-где акации уступали место пальмам и перцовым деревьям. Они купили два фунта мяса и еще двадцать центов промотали на содовую.

Когда они вернулись домой, то застали там обычное воскресное сонное царство. Дяди Симон и Джеймс ушли за сигарами, дяди Лью и Берт листали газеты, тетя Бесси вязала крючком. Бабушка Китон изучала «Журнал для молодежи» на предмет наличия пикантных мест. Девочки остановились за расшитыми портьерами и заглянули в комнату.

– Входите, малышки, – сказал Лью звучным басом.

– Картинки видели? Матт и Джеф хороши. И Спарк Плаг…

– Для меня достаточно хорош мистер Гибсон, – вставила бабушка Китон. – Он настоящий художник. Его люди похожи на людей.

Дверь с шумом распахнулась, и на пороге появился дядя Джеймс – толстый, улыбающийся, явно довольный жизнью после нескольких кружек пива. За ним, подобно олицетворению честности, вышагивал дядя Симон.

– Во всяком случае, хоть тихо, – сказал он.

Он бросил кислый взгляд в сторону Джейн и Беатрис.

– Иногда дети устраивают такой шум и гам, что я не слышу даже собственных мыслей.

– Бабуля, – спросила Джейн, – а где малыши?

– Думаю, на кухне, дорогая. Им для чего-то понадобилась вода.

– Спасибо.

Две девочки пересекли комнату, в которой ощущались первые признаки неосознанного смятения. Овцы чувствовали присутствие волка, но камуфляж овечьей шкуры пока что срабатывал. Они не догадывались…