Младшие были в кухне, увлеченно обрабатывая водой и кистями раздел комиксов. Одна газетная страница была покрыта специальным составом, и влага выявляла на свет различные краски, пастельные – но удивительно чистые, подобные тем, что можно увидеть в японских цветах, растущих в воде, или на китайских бумажных коробочках с крошечными сюрпризами внутри.

Беатрис показала им свой пакет от мясника.

– Два фунта, – сказала она. – У Дженни были деньги, а Мертон сегодня как раз открыт. Вот я и подумала, что нам лучше…

Эмили с увлечением продолжала рисовать. Чарльз вскочил.

– Пойдем сейчас, да?

Джейн встревожилась.

– Не знаю, стоит ли мне идти. Я…

– Я тоже не хочу, – сказал Бобби.

Это было уже предательством. Чарльз сказал, что Бобби боится.

– Вовсе нет. Просто мне уже не интересно. Я хочу играть во что-нибудь другое.

– Эмили, – мягко проговорила Беатрис, – в этот раз тебе не стоит идти.

– Нет, я пойду.

Эмили подняла взгляд от рисунков.

– Я не боюсь.

– Я хочу посмотреть на огоньки, – сказал Чарльз.

Беатрис повернулась к нему.

– Ты говоришь неправду, Чарльз! Никаких огней нет.

– Есть. По крайней мере, иногда.

– Нет.

– Есть. Просто ты глупая и не можешь их увидеть. Пойдем, покормим его.

Само собой разумелось, что сейчас командовала Беатрис. Она была старше, и она, как почувствовала Джейн, боялась больше всех, даже больше Эмили.

Они пошли наверх. Беатрис несла пакет с мясом. Она уже разрезала бечевку. Очутившись в верхнем коридоре, они сгрудились у двери.

– Вот он, путь, Джейн, – с оттенком гордости сообщил Чарльз. – Мы должны подняться на чердак. В потолке ванной есть спускающаяся лестница. Нужно взобраться на ванну и дотянуться до нее.

– Но мое платье?! – с сомнением в голосе сказала Джейн.