К полудню четыре из найденных культур процветали. Альварес аккуратно слил их в одну пробирку и наполнил шприц смесью. Он рассуждал так: ни один живой организм, будь то человек, свинья или горгон, не является полностью иммунным к микробам, которые постоянно в нем обитают. Стоит нарушить баланс, введя в организм значительное количество любого из помянутых микробов, и мы получим больного горгона - то есть, наказанного горгона. Разве не так?

Лечение может убить пациента. Но доктор Альварес с легким сердцем отмел это возражение, как пустую игру слов. Вооружившись шприцем, он решительно отправился на поиски Джорджи.

Он обнаружил горгона в маленькой гостиной, в компании Доминика, Уомраса и механика по имени Боб Ритнер. Они окружили и рассматривали странный механизм - или художественную композицию? - сделанный из алюминиевых полос.

- Это дыба, - гордо пояснил Ритнер. - Я когда-то видел ее на картинке в детской книжке.

Основой для "дыбы" служил длинный узкий столик, на одном конце которого была закреплена лебедка. Все в целом выглядело как грубое приспособление для растягивания чего-нибудь.

- Мы решили, что настало время для суровых мер, - сказал Доминик Альваресу, вытирая пот с бритой головы.

- В древние времена, - назидательно произнес Ритнер, - такие устройства применяли к преступникам, когда они не хотели говорить.

- Я говорю, - неожиданно сказал Джорджи.

- Тебя наказывают за другое, - мягко пояснил Доминик. - Альварес, прежде чем мы начнем, ты, наверное, хочешь осмотреть своего пациента.

- Ха! - сказал Альварес. - Именно так. Ха-ха!

Он опустился на колени перед Джорджи. Горгон повернул все стебельки с фоторецепторами в сторону алюминиевой конструкции, изучая ее с неподдельным любопытством. С таким же любопытством доктор Альварес оглядел самого Джорджи. Он пощупал кожу горгона. Кожа была плотной и упругой, великолепного розового цвета. Слуховые органы Джорджи напряженно подрагивали.