Столь удобны они для вражеского нашествия! Но не помышляют здесь о таком нашествии. И через все пространство плотины валом валит сейчас мирный люд. Если и зетесались в него воины, то - свои, из городских отрядов. Разноголосый гомон ударил в уши, пестрая толпа поглотила зрение. Шли, обгоняя его, двигались навстречу сотни людей. Радостно переговаривались они: в город пришел праздник. Варварской красотой обрушился на него Теночтитлан, обреченный город, на который уже нашелся покупатель. ...Воины в масках чудовищ и гирляндах цветов, ярким облаком окутавшими их от плеч до голеней, так что не видно под ним ни доспехов, ни оружия. ...Пилли, арестократы в белоснежных набедренниках, из числа Владеющих копьем, держащиеся гордо... Блеск солнца на шлифованной поверхности каменных блоков: вглядись - и увидишь отражение. Велико уменье здешних мастеров, велико их богатство, велика их надменность. И велика сила городского воинства. И власть жрецов велика - сравнима только с накопленной ими мудростью и знанием. И страшно, неизмеримо притягателен город для всей долины Анагуак, столицу которой он составляет. Мудростью своей притягателен, красотой, магией священнодейства, творимого в его храмах... Да и воинской силой, если уж на то пошло. Рухни Теночтитлан - не выстоять и долине, пусть даже большинство ее обитателей шлют столице проклятья чаще, чем какие-либо иные пожеланья. Но даже они, проклинающие, сейчас тоже спешат на праздниство - и восторг переполняет их сердца. Рухни Теночтитлан - будет утрачено не только единство Анагуак. Утратится само ее имя, утратится мастерство, утратятся знания... Безнадежно будут растрачены в малых и больших войнах жизни ее насельников... А больше, чем войны, жизней возьмет голод - некому будет следить за полями; возьмут болезни - не станет целителей... И совсем иной лик будет у страны, которая встанет на месте Анагуак - сраженной, будто раб на жертвеннике. Иной лик, иное имя и иные правители. Иная история - прежняя будет оборвана.