— Мсье Дюпон? — Девочка все еще очень робела. — Мсье Дюпон, вы хотели поговорить со мной?

— До сих пор хочу. — Мужчина поставил бокал на столик. — Здравствуй, Мари. Как ты себя чувствуешь?

— Спасибо, мсье Дюпон, хорошо.

— Да? А что это за синяки на твоих запястьях? А почему у тебя разбиты губы, моя милая мадемуазель? — Мсье Дюпон выпрямился в кресле и свел брови. — Мари! Мы ведь договаривались, что ты все время будешь на виду у моих людей!

— Я просто почувствовала, что он где-то рядом… — Девочка склонила голову и всхлипнула. — Ну совсем рядом, вот и пролезла через дырку в заборе…

— Стыдись! — Дюпон вскочил и принялся шагать вокруг малышки. — Тебя могли не только похитить, но и убить! Что бы я тогда сказал твоим родителям? Ты обещала мне, что просто поможешь, походишь по окраинам на виду у моих товарищей! Ты обманула меня, Мари.

— Она всего лишь ребенок, Клод! — мягко заметил блондин, все так же стоявший в дверях. — Может быть, не стоило привлекать ее к нашему делу?

— Да, теперь я тоже так думаю.

Девочка расплакалась всерьез. Дюпон остановился перед ней и терпеливо ждал, когда поток слез иссякнет. Наконец, заикаясь и всхлипывая, она заговорила:

— Простите меня, мсье Дюпон! Я больше так никогда не буду!

— Поверить ей? — Дюпон покосился на блондина. — Мсье де Бюсси-Рабютен, поверить вашей племяннице, как вы полагаете?

— Я полагаю, верить ей вполне можно. Вот только следует держать Мари подальше от реальной опасности. Клод, сегодня могла случиться беда.

— Именно! — рявкнул Дюпон, снова обращаясь к девочке, и вызвал этим новый водопад слез. — Больше — никакой опасности! Ты провалила дело. Да, мы знаем, кому достался предмет, но и они теперь знают, что нам это известно! Черт возьми, нельзя работать с детьми.