Это было тем более странно, что старого Олега, да и не деда вовсе, а брата прадеда, Игорев отец терпеть не мог. Действительно, старик на все имел свое мнение, мягко говоря, допотопное, оспаривать которое было небезопасно. Отец же считал себя «убежденным продолжателем идей западного либерализма в его наиболее демократических формах» (Игорь никогда не мог перевести это словосочетание на русский язык), и потому заявлял, что с Олегом ему разговаривать не о чем.

Либерализм отца дал серьезную трещину после октябрьских событий, почти уже полтора года назад. Омоновцы изловили Игоря неподалеку от Баррикадной. Никогда он не забудет простуженного, промерзлого стадиона, и не в Чили, а в центре «демократической» Москвы. Его, правда, вскоре отпустили, в кармане нашлось полезное удостоверение – подрабатывал полгода в Бюро охраны коммерческих структур. Никогда не забудет он этого унижения, окрика: «Лицом к стене, коммуняки!», не забудет и не простит.

К стыду, Игорь так и не вспомнил, сколько деду лет. Очевидно было, что ой как немало, а преставиться в почтенном возрасте человек может в любой момент. Игорь не особенно рассчитывал на помощь. Травы травами, а что делать, когда именитые профессора и авторитетные табибы даже диагноз толком поставить не в силах? Да, повидаться с дедом было необходимо, пока тот не умер…, или пока сам не отдал богу душу. Последний раз Игорь гостил у старика в деревне сразу после окончания школы. Потом был физико-технический, армия – там Игорь и встретил Всеслава, сначала как зам. по тех., после – как друга, учителя и соратника.

Из обжитых городков Восточной Германии перестройка загнала русских офицеров в палатки да хибары суровой России. Всеслав ушел из армии и вернулся в родной Новгород, где и располагалось центральное отделение Школы.

Снова учеба, с блеском защищенный диплом… Затем второе образование, на этот раз в Историко-архивном. Второй диплом, одновременно финал России, после которого его приняли в Верхний, или Внутренний, Круг. Игорь быстро стал одним из Старших, не столько даже из-за боевого мастерства – куда ему было до Всеслава или Селидора – сколько благодаря своим нашумевшим экспериментам по истории Древней Руси. Ему поверили, а мастерство – дело наживное. Просто работать надо больше. Работать над собой. Годы летели незаметно…