«Я ем щенков, — ответствовал Фануил. — А тебе следует больше практиковаться в мысленной речи».

— Я уже не раз говорил, что мне это кажется глупостью, — сказал Лайам, присаживаясь и поглаживая тускло мерцающие чешуйки. — Какой смысл напрягаться, если ты рядом?

Дракончик перевернулся на спину, подставляя золотистое брюшко.

«Мастер Танаквиль всегда так делал».

В совсем недалеком прошлом Фануил был фамильяром Тарквина Танаквиля. Лайам не любил вспоминать, каким способом дракончик вошел с ним в контакт. Уродец, потерявший хозяина, вонзил зубы в ногу первого подвернувшегося ему человека. Этим человеком оказался Лайам, и пока он, сраженный болевым шоком, лежал без сознания, Фануил завладел частью его души.

— Ну да, но ведь я — не мастер Танаквиль. Так что привыкай к этому потихоньку. И помни — я все еще жду, когда ты научишь меня выставлять тебя из моей головы.

Дракончик обрел хозяина, Лайам обрел фамильяра. С одной стороны, это было неплохо, с другой — не очень, ибо маленькое существо могло теперь без помех заглядывать в его мозг. Фануил обещал, что Лайам со временем научится перекрывать доступ в свое сознание, но пока что все оставалось как есть.

«Ты не готов. Ты едва-едва можешь послать мне мысль с вершины утеса. Тебе нужно тренироваться».

— Но зачем мне посылать тебе мысли, если ты и так их читаешь?

«Чтобы прервать связь, нужно уметь ею пользоваться. А ты даже не видишь серебряной нити».

Лайам скривился.

— Уж эта мне нить… Что-то я не уверен, что она существует.

«Она существует. Она нематериальна, но, тем не менее, она есть, — настойчиво повторил дракончик. — Мастер Танаквиль умел даже ее расплетать».

— Фануил, — строго сказал Лайам, — постарайся понять. — Для вящей убедительности он ткнул пальцем в мягкое брюшко рептилии. — Теперь твой хозяин не мастер Танаквиль, а я. А я — не волшебник. Но ты обещал научить меня многому. Всему, что сам знаешь. Так что давай, учи.