- Никто. Я сам охотник. Охотник за приключениями, в некотором роде.
- И за какими же приключениями вы собираетесь охотиться в Англии? – лукаво посмотрела на него Рэйчел.
Интересно, подумал Гурьев, как это вышло так? Кто послал её мне? Ведь так не бывает. Нет никого и ничего, по чьей воле могло бы произойти такое. Потому что так не бывает. Не бывает – и всё. Или?!
- Я расскажу, если вы пообещаете мне помочь, – кивнул Гурьев.
- Разумеется, я вам помогу, – пожала плечами Рэйчел. – Я – ваш должник.
- Вот как?! – Гурьев сделал вид, что удивлён. – Каким же образом?
- А вот этого вам вовсе не обязательно знать, – нахмурилась Рэйчел. – Так – и всё на этом. Рассказывайте.
- Рэйчел Дэйнборо, – Гурьев прищурился и посмотрел на официанта, приближающегося к ним с подносом. – Дэйнборо. – Гурьев сделал вид, что пытается вспомнить нечто, связанное со знакомой фамилией. Обычно это помогало вызвать нужный отклик у собеседника. – Дэйнборо… вы…
- Я вдова графа Дэйнборо. Граф Лайонел Дэйнборо погиб при весьма странных обстоятельствах в Непале, во время военной экспедиции, через полгода после нашей свадьбы, в двадцать шестом. Что вы ещё хотели бы узнать? Учтите, я потребую откровенность в обмен на откровенность.
Сословных предрассудков у Гурьева не наблюдалось, – что называется, ни вверх, ни вниз. С детства. Никогда. Подумаешь, графиня. И дело было… Разве в этом дело?! Что ты искал в Непале, тупая британская скотина, в бешенстве подумал Гурьев. Что ты хотел там найти, – Шамбалу? Чашу Грааля? Что?! Какие ещё сокровища нужны мужчине, когда рядом с ним – такая женщина?! Да что же это со мной такое?!
Он вгляделся в её лицо, читая его, и мгновенно представил себе, через что пришлось пройти молоденькой женщине, совсем девочке, на руках у которой оказались беспомощные… старик и ребёнок. Старик? Отец? Наверное. Скорее всего. Ребёнок? Да, есть и ребёнок. Сколько страха, разочарований, бессмысленных надежд и иллюзий разбились в одночасье. Как обрушились планы, как жизнь помчалась под откос, ломая кости. Как отвернулись презрительно те, которые… И какую силу духа явила она этому безжалостному миру: выстояла. Поднялась. Победила… Почти. Почти победила. А потом – всё рухнуло снова.