— Вам, безбожникам, не позавидуешь, — искренне отозвался дрэгон.

— А разве вы не отвернулись от Нора? — удивился Горен.

Темный эльф посмотрел на него:

— Как ты, шейкан, отторгнутый Стражами, можешь понять, что такое быть одухотворенным дыханием Стража и пребывать под его защитой?

— Так объясните мне, — обиженно проговорил Горен.

— Нор Молчащий, — начал Крэйг, — владыка ночи и знаний. От него зависят ясность и истина. Его око на ночном небе неподкупно и всевидяще. Народы Света называют нас ренегатами, но именно он первым спустился с неба, принеся народам знание о сотворении мира, он рассказал, как благодаря Аониру, свет которого все еще с нами, возникла Эо. Но народы боялись его, потому что он холодный и неприступный, его свет не дарил тепла, и они отвернулись от него, обратясь к Стражам Света и Солнца. Нор оскорбился, потому что считал такое поведение предательством и несправедливостью, и перешел на сторону изгоя Цараха, который когда-то был Ульмом Заботливым, пока собственные братья и сестры его не предали. В благодарность за помощь Царах создал для своего темного брата нас, норканов. Мы есть его живые отражения и находимся в постоянном поиске справедливости — или должны находиться, вспомните хотя бы наше деление на касты и их нынешние цели. Ведь любые изменения — это и есть ход вещей.

Горен слушал, затаив дыхание. Конечно, от магистра Альтара в Лирайне он слышал о создании мира и о разногласиях Стражей, но ни разу магистр не рассказывал с таким самозабвением. Да и никто из горожан, в трудных случаях призывающих на помощь кого-нибудь из богов, никогда столь подробно на этом вопросе не останавливался.

Дрэгон продолжал:

— Даже если ситуация сейчас не та, что планировалась, Нор все равно не разрушитель, и ссылка его несправедлива.