– Послушайте, парни, а кто-нибудь хоть раз уже пользовался Комбинатором для монтажа? – спросил громко Вальдемар.

Эффект был неожиданным для него. Все "историки" вздрогнули и почему-то огляделись. Вальтер даже поперхнулся печеным кальмаром.

– Т-с-с… – прошипел Ингвар и приложил палец к губам. – Ты что, не знаешь, что недавно одного из наших уволили за эти дела? Целую неделю потом всякие проверки да комиссии всевозможные над душой висели!… А тот парень – Денис его зовут, Денис Крачевский – лишь слегка побаловался с Комбинатором, и коррективы-то были пустяковые: подумаешь, краски поярче сделал, а то изображение блеклым было, да звуковой фон изменил, да парочку сцен облагородил, чтобы Варфоломеевскую ночь можно было смотреть без позывов к рвоте!..

– Опять ты со своими шуточками, – с досадой сказал Вальдемар.

– Если серьезно, то через специальный код теперь Комбинатор надо вызывать, – мрачно сказал Руслан. – Пи-эр-икс в энной степени, где эн – твой личный номер… Контроль!

А Вальтер не к месту процитировал:

– "Неча на зерцало пенять, коли рожа крива"!..

И хихикнул.

Вернувшись в свою "каморку", Вальдемар включил терминал и закурил. Некоторое время он сидел, созерцая пробегающие по экрану кадры, а потом решительно протянул руку к пульту и перемотал запись к тому моменту, когда юная Анна Кучерова – впрочем, тогда еще не Кучерова, а Синицина – гуляет поздним летним вечером в парке со своей первой "настоящей" любовью Виктором Сантосом.

Была ли у них любовь? Если да, то почему ровно через полгода Аня принимает предложение руки и сердца человека, старше ее на целых десять лет? А если нет, то почему потом Кучерова не раз вспоминала Виктора, о чем свидетельствует хроника ее последующей жизни?