И вот он уже в десятый раз прогоняет по голограф-экрану монитора персональный файл Кучеровой, но не может отыскать это "самое-самое".

Казалось бы – восемьдесят лет!.. Вроде бы есть что вспомнить. Но что может быть интересного в жизни человека – обычного, среднего человека, ни разу не летавшего в космическом корабле, не штурмовавшего в батискафе глубоководного погружения бездны океана, не взбиравшегося на пики "многотысячников", никогда не вступавшего в смертельную схватку с врагами и не боровшегося за познание истины, за высокие идеалы, за свои убеждения, в конце концов?

Вся беда в том, что Анна Степановна прожила свою жизнь так заурядно и серо, что кажется: не было бы ее вообще на белом свете- и никто бы этого – кроме, конечно, самых близких родственников – даже не заметил…

Так думает референт-оператор Отдела Личных Судеб системы "Зеркало" Вальдемар Арбо, и в душе его постепенно растет сожаление по чужой, столь бессмысленно, по его мнению, прожитой жизни.

Однако работа есть работа, и делать ее за тебя никто не станет. Поэтому потушим сигарету и вернемся к тому, что нами уже было выжато, словно сок из полузасохшего лимона, из жизни заказчицы.

Смотрим еще раз в "ускоре".

Рождение. Это надо. Абсолютно никто не помнит своего рождения, как и первых месяцев жизни. Поэтому любому человеку интересно увидеть свое появление на свет. Хотя, как правило, именно этот момент одинаков у всех – в конечном счете, с небольшими вариациями, все сводится к тому, что крошечный, страшноватенький, багрово-синий комочек одухотворенной плоти истошно оповещает о своем приходе в мир измученную родами мать и привычно-деловитых людей в белых халатах…