Нет этого "что-то", как ни крути хронику жизни Анны Кучеровой.

Творческий кризис налицо. Значит, пора идти обедать.

Столовая была полупуста. Взяв поднос с дежурными блюдами, Вальдемар хотел было сесть где-нибудь у окна, чтобы тщательно обдумать возможные пути выхода из образовавшегося в работе тупика. Как известно, еда в одиночку очень к этому занятию – думать – располагает.

Но у него ничего из этой затеи не вышло, потому что он сразу же был перехвачен и затянут вместе с подносом в компанию приятелей-референтов, которую он как-то вначале и не приметил в углу. Думать над какими бы то ни было проблемами ему сразу стало невозможно.

Например, оператор-референт Исторического отдела Ингвар Дзенга, ковыряясь в салате, увлеченно вещал о том, как он работает над составлением жизнеописания Наполеона для средней школы и какие проблемы ему, Ингвару, постоянно препятствуют. Собственно, судя по его рассказу, все проблемы сводились к одной. Оказывается, французский тиран был, мягко выражаясь, весьма озабочен в сексуальном отношении и мог в любой момент – ну, скажем, во время очень важного совещания со своими маршалами под обстрелом неприятельской артиллерии – почувствовать зуд в крови и тут же ринуться этот зуд удовлетворять. Для чего в обозе держали в постоянной "готовности" несколько маркитанток… Бедному Ингвару приходилось, памятуя о том, что биография императора предназначается школьникам, то и дело вырезать огромные куски, из-за чего во многих событиях появлялись необъяснимые провалы.

"Ну разве это проблема? – прогудел кряжистый Руслан Киреев. – Ты нам лучше вот что скажи: кто все-таки загнулся на острове – Наполеон или его двойник?" – "А ты что, до сих пор не знаешь? – вмешался Вальтер Джалма. – Настоящего-то Наполеона еще до Аустерлица прихлопнули!". Такого поворота сюжета компания не ожидала. Завязалась общая дискуссия на исторические темы. Ингвар же таинственно молчал, а Вальдемар, сам не зная зачем, вдруг вспомнил и обнародовал цитату из Аверченко насчет острова Святой Елены, который мог бы считаться "полуостровом", потому что, как утверждал аверченковский персонаж, Наполеон занимал не весь остров, а только его половину…