И потому, несмотря на огромное количество фантастических произведений о параллельных и ветвящихся мирах, на самом деле не так уж много (если не сказать — мало) таких, где предлагался бы качественно новый опыт, давалось бы новое, оригинальное объяснение тому или иному мысленному эксперименту. Иными словами — читателю наверняка интересны были многочисленные произведения о том, как могла бы развиваться человеческая история, если бы… Но для фантастической науки и ее эволюции большая часть таких произведений, даже написанных порой классиками жанра, была не столь уж важна. Значительных же экспериментов оказалось, как я уже сказал, не так много. На Западе это были прежде всего произведения Клиффорда Саймака, Альфреда Бестера, Брайана Олдисса, Рэндалла Гаррета, Роберта Шекли. В СССР — произведения Ариадны Громовой и Рафаила Нудельмана, Севера Гансовского, Александра и Сергея Абрамовых. Я перечислю лишь те произведения, которые реально изменяли представления читателей о параллельных вселенных, реально внесли свой вклад в развитие фантастической науки — речь идет не о фантастической истории (это предмет особого разговора), а о фантастической физике, о физике параллельных, многомерных, ветвящихся пространств, ведь именно развитие физических идей позволило фантастам исследовать различные исторические ситуации, различные варианты истории не только отдельных стран, но и земной цивилизации в целом.

В романе Клиффорда Саймака «Кольцо вокруг Солнца» описаны многочисленные планеты Земля, существующие каждая в своем мире, но на одной и той же орбите, и отличаются эти миры и эти планеты друг от друга лишь незначительным (на микросекунду) сдвигом во времени. Многочисленные Земли, которые посещает герой романа, образуют единую систему миров — по сути тот самый Мультиверсум, о котором физики начали серьезно рассуждать лишь десятки лет спустя.

Клиффорд Саймак неоднократно возвращался к проблеме параллельных миров — кроме «Кольца вокруг Солнца» можно упомянуть замечательный роман «Вся плоть — трава» (в русском переводе роман выходил под названием «Все живое») и очень поэтический рассказ «Пыльная зебра», ставший «прародителем» множества аналогичных произведений других фантастов, ничего по сути к идее, высказанной Саймаком, не добавивших.