Но кто заронил в душу юного землеца мечту о мегаполисе?

Однажды в группе, где обучался Румо, появился новый землец. Как-то Румо, перемещаясь по коридору в своем манипуляторе, случайно уловил обрывок разговора, который вели между собой воспитатели. Румо догадался, что разговор идет о новичке, и, замедлив ход, навострил уши.

- Падший ангел, - сказал один воспитатель со скверной усмешкой.

- Он получил по заслугам, - пожал плечами другой.

А третий произнес и вовсе загадочные слова.

- Не исключено, что наша тихая обитель окажется для него лишь пересадочной станцией, - сказал он.

- Наша станция - тупик. Дальше ходу нет, - заметил первый воспитатель.

Третий покачал головой.

- Не скажи, - произнес он.

- Ты хочешь сказать, что его могут... - задохнулся второй.

- Вот именно, - сказал третий. - Только еще материал нужен для него. - И трое воспитателей умолкли, ожидая, пока землец скроется.

У Румо новичок пробудил жгучий интерес. Он был не такой, как все. Поступки его носили печать самостоятельности, с воспитателями он вступал в пререкания, что было вещью неслыханной, по крайней мере для Румо, а к обязанностям землеца относился без видимого энтузиазма.

В тот же день их учебные участки оказались рядом. Румо и новичок разговорились. Начали они осторожно и о вещах нейтральных - каждый не без основания опасался подвоха. Но постепенно, слово за слово, прониклись взаимным доверием.

- Нравится тебе быть землецом? - спросил новичок.

- Не знаю... - смутился Румо.

Новичок вздохнул.

- Знавал я и лучшие времена, - сказал он.

- Разве ты не землец? - осмелился спросить Румо.

Новичок покачал головой.

- Ты же видишь, - сказал он. - Приходится осваивать пшеницеведение и робототехнику с азов.

Хотя новичок выглядел юным, лицо его казалось усталым, а губы, когда он молчал, скорбно поджимались.

- Кто ты? - спросил Румо.