Затем в глубине туннеля показалась фигура покрупнее. Она приближалась неторопливо, и остроконечные лапы обрушивались на каменный пол с грохотом, подобным ударам отбойного молотка. Старший был огромен — размером с небольшой летательный аппарат, у него был широкий плоский панцирь, на вид прочный, как железо. На верхней части панциря блестели рубиново-красные глаза, а над ними — еще два глаза на ножках; они обеспечивали ему совершенное зрение — зрение плотоядного, хищного существа. Внизу, под кошмарной пастью со жвалами, на панцире были установлены какие-то механизмы. Джел надеялась, что один из них — переводчик.
— Я хотела поговорить с тобой лично, поскольку искусственные разумы могут нас подслушать, несмотря на ваши коды, — начала она.
Последовала небольшая пауза, во время которой чудовище скрипнуло жвалами, а затем одна из шестиугольных коробочек под брюхом заговорила — почему-то с сильным марсианским акцентом:
— Наши коды взломать невозможно.
Джел вздохнула. Несмотря на то что прадоры сорок лет вели войну с Правительством, некоторые из них все еще никак не хотели понять, что для ИРов не существует кодов. Разумеется, не все они были такими твердолобыми — самые умные сейчас правили Третьим Королевством. Старший прадор просто повторял слова своего отца, который находился где-то на нижней ступеньке их общественной лестницы и изыскивал возможности подняться чуть выше. Тем не менее этот отец накопил достаточно денег, чтобы снабдить своего старшего потомка мощным крейсером, и, возможно, должен был разбогатеть еще больше, заключая сделки со своими соперниками, — все прадоры были соперниками. Старшему придется участвовать в этих сделках — то, что Джел надеялась продать его отцу, он вряд ли мог себе позволить, несмотря на богатство.