— Итак, Ро, ты здесь роешься в песке уже двадцать лет, и что же ты нашел? Кучу ломаных артефактов афетеров? И после всего этого обнаружить что-то действительно важное — да, это опьяняет. Но ты сделал ошибку — твой публичный отчет оказался несколько менее тоскливым, чем обычно, что подало мне мысль. Я выслушала твои секретные переговоры с Чарльзом Симбелином. — Она наклонилась, приблизив к нему лицо. — А теперь я хочу, чтобы ты сказал мне, где спрятан артефакт, который ты обнаружил две недели назад.

Археолог продолжал неподвижно смотреть на Джел своими странными голубыми глазами; она пожала плечами, выпрямилась и начала бить его ногами. Он старался защититься, но она не торопилась, расхаживая вокруг него, снова и снова нанося удары. Ро зарычал, покрылся потом; на пол потекла кровь.

— Ну ладно, — наконец выдавил он. — Его здесь нет. Неделю назад «Аркосект» прислал за ним корабль.

Джел, тяжело дыша, отступила назад.

— Со времени находки сюда не прилетал ни один корабль.

Она вернулась к инструментам и начала выбирать. Когда она воспользовалась своими блестящими штуками, стоны его сменились криками, но он упрямо отказывался говорить даже после того, как она по полоскам содрала кожу с его живота и хирургическими щипцами раздавила ему яички. Но на самом деле все это было лишь местью за сломанную челюсть. Когда Джел вколола Ро свои наркотики, он рассказал все — иначе и быть не могло.

Оставив Ро на полу, она подошла к столу, заваленному образцами горных пород, и взяла оттуда геологический молоток. Поднялась на верхний этаж, нашла блок подпространственных коммуникаторов, установленный в нише. Первым ударом она разбила консоль, выкинула ее прочь. Затем начала крошить контрольные компоненты, окружавшие герметичные сосуды, похожие на небольшие колбы, — в этих колбах якобы содержались генераторы однородности и схемы Калаби-Яу.