Джел извлекла из мешка сумку, походившую на саквояж врача девятнадцатого века, и, отойдя на четыре шага от Ро, поставила ее на пол. Повинуясь приказанию компьютерных систем хозяйки, сумка открылась и вывернулась наизнанку, превратившись в несколько полочек с диагностическими устройствами и хирургическими инструментами, небольшим аппаратом по производству лекарств и множеством разнообразных флаконов и ампул из полимерного силиконового стекла. В ампулах содержался набор неизвестных большинству людей наркотических препаратов. Джел присела на корточки около саквояжа, взяла диагностический аппарат, прижала его к челюсти, чтобы он отследил ее состояние, затем подсоединила его к устройству синтеза лекарств. После того как информация была загружена, синтетический аппарат выдал длинный лоскуток, похожий на язычок. Джел взяла его, сняла защитную полоску и прилепила к месту перелома, которое сразу же онемело. В это время она услышала, что Ро приходит в сознание, и приготовилась.

Ро, вскочив с салазок, с невероятной скоростью бросился на захватчицу. Она отметила, что он даже не стал тратить энергию на крики, но, развернувшись, сделал выпад ногой с такой силой, что сломал бы ей шею, если бы не оковы. Но нанести удар он не смог — лебедка втянула кабель, соединив наручники и кандалы вместе. Ро рухнул на пол перед Джел — немного ближе, чем она ожидала; его запястья и щиколотки были крепко стянуты за спиной. Двадцать лет копания в грязи не замедлили его реакций.

— Сука! — выругался он.

Джел взяла из гнезда скальпель, на секунду поднесла его к лицу Ро, затем разрезала козырек на узкие полоски, провела лезвием по телу, разрезала шорты. Он попытался отодвинуться.

— Осторожно, — предупредила она, — это скальпель из полистекла, он очень, очень острый, а жизнь — такая хрупкая штука.

— Пошла ты, — сказал он холодно, но вырываться перестал.

Она отметила, что он так и не спросил, что ей нужно. Видимо, сам догадался. Она разрезала на куски его ботинки, положила скальпель на место и поднялась.