Я еще не уехала, а фрейлины уже делили между собой открывшиеся возможности, и позволяли все язвительные и издевательские ухмылки плохо замаскированные под сочувствие. Я еще здесь, но для всего замка словно уже и нет… нас разделяет короткое и неизбежное «навсегда». Навсегда я уезжаю, навсегда прощаюсь… И навсегда остаюсь жаль лишь что только в памяти отца и матери, вряд ли даже брат через десять лет сможет воспроизвести в памяти мои черты. Зато северяне радовались. Они сияли как начищенный воском паркет, будто отбывали у нас наказание и теперь возвращаются на свободу. А они и возвращаются, просто у каждого свобода своя, и мне теперь, скованной неравным браком, ее не видать никогда. Зачем питать лишние иллюзии? Останься я дома и моим мужем стал бы какой-нибудь лорд или герцог, чтобы добраться до трона. Официально в нашей стране может править женщина, но еще никогда такого не было. Несчастные случаи, неудачные роды. А подрос бы мой брат, наверняка отбил бы трон для себя — королевская кровь не водица, обязательно отзовется. Князю хотя бы не нужно меня убивать. Мы разговаривали уже все втроем, я отец и он. Решали, что делать со свадьбой и сошлись на том, что она будет проведена на родине Князя и по его обычаям, а поеду я туда как невеста. Как принцесса я не могла не признать: разумно. Как девушка… на фоне всего остального как пройдет свадьба волновало меня меньше всего. Потом меня невероятно долго и нужно наряжали в 'торжественный' наряд и сооружали на голове нечто невообразимое… Ах, да и еще каждая из встречающихся мне женщин считала своим долго дать безумно бесценный совет о том как мне жить дальше.

Неудивительно, что прямо перед началом бала я не выдержав всего этого психанула и впервые на своей памяти позволила себе вдоволь поистерить, запершись от всех в комнате. Потом выдула полкувшина травяного настоя с мятой чтобы хоть немного привести нервы в порядок и пошла в зал, как на казнь. Мне немногое запомнилось из того вечера.