Пара секунд за дверью шла возня, потом дверь приоткрылась и я резким рывком распахнул ее полностью. За ней оказался мужчина лет сорока, в халате и стоптанных шлепанцах. Ухватив его за ворот халата, так чтобы он впился тому в горло, выкинул из квартиры в руки бойцов, а сам быстро заскочил в квартиру. Поводя ТТ по сторонам быстро заглянул на кухню и в гостиную, потом заскочил в небольшую комнату, по-видимому спальню. Там включил свет и осмотрелся. Из обстановке ничего интересного — трюмо, пара стульев, двуспальная кровать на которой сейчас сидела женщина прикрывавшаяся одеялом. Глаза у нее были дикие и рот раскрыт в приготовлении к крику. Не дав ей проорать я сбил с толку вопросом:

— Вы кто?

Женщина закрыла рот, минуту всматривалась в меня — видимо ТТ в руке, форма госбезопасности и ночное время (насколько помню, все аресты, ну или большая часть, происходила ночью) помогли ей прийти к правильному мнению.

— Я Соловьева Ирина Константиновна. Жена помощника начальника телеграфа, Соловьева Виктора…

Я прервал ее:

— Собирайтесь, вы арестованы вместе с вашим мужем. Берете с собой документы и вещи для мужа. Ему, по некоторым причинам, нет времени и возможности одеться. У вас пять минут на все, не успеете тогда вините только себя. Женщина чуть подождала, но потом поняв что я никуда не собираюсь уходить, вздохнула и вылезла из кровати. Хм, скромница…Было бы что смотреть — помоложе мужа, на вид примерно лет тридцать семь, но вся обрюзгшая и бесформенная. Ночная рубашка просторная и побольше некоторых платьев моего времени. Надо иметь уж очень большую фантазию, чтобы угадать, что там находиться. Уложилась она даже быстрее, чем я ожидал. Уже через две минуты она подошла и сказала, что готова. Все это время Хромов стоял рядом и подозрительно смотрел на нее. Видимо ожидал, что та выхватит по меньшей мере шмайсер и начнет валить доблестных работников НКВД.

На улице нас дожидался Сухотов, который отрапортовал, что задержанный связан и доставлен к машине.