Про Берию так приказал говорить Красильников. Будучи уверенным, что вопросов нам не миновать, комиссар решил сослаться на самый верх. Правильно, считаю, кому захочется встревать в дела второго лица в государстве. Вот и сейчас это сработало. Услышав про Берию, майор слегка помрачнел и перевел разговор в другое русло, про события сегодняшней ночи.

— Товарищ лейтенант, хочу услышать ваше мнение о вашем последнем задержании. Понимаете, только вы сумели задержать ярко выраженного врага, остальные задержанные или твердят, что произошла ошибка или попросту уничтожены, как на двух адресах. На эти адреса я уже отправил людей с обыском, надеюсь они найдут что-то полезное, вроде бумаг, которые мне предоставил младший лейтенант Хромов.

— Я думаю, товарищ майор, мой задержанный был одним из главных в агентурной сети. Поэтому и документы он начал жечь. Вполне вероятно, что они были только у него одного и после ознакомления должен был передать или ознакомить с ними других.

Майор несколько минут помолчал, обдумывая мои слова и кивнул:

— Да, я тоже так считаю. Тем более, что на других адресах пособники врага попросту отстреливались и не пытались уничтожать что либо. Вы, как и Хромов, достойны награды. Я сообщу об этом высшему руководству и представлю к награде. А сейчас объявляю вам благодарность за отлично выполненное задание.

Я поднялся из кресла, вытянулся по струнке и выпалил ожидаемое от меня:

— Служу Трудовому Народу!

— Вольно, лейтенант, сейчас можете быть свободны. Если понадобитесь, то вас вызовут.

Я вышел из кабинета, почесал лоб, обдумывая разговор, и отправился на улицу. Все-таки беседа прошла сумбурная, насколько могу судить, майор попросту хотел посмотреть на меня, оценить лично задав несколько вопросов. Надеюсь, ничего неприятного мне не принесет это посещение.