Глава четвертая постепенно, по мере того, как медленно накапливаются доказательства, превращается в захватывающую детективную историю.

Даже в наше время термин «Рэлейская колли» имеет для любителей собак особый смысл, но многие из них уже забыли о его истинном происхождении. Эти симпатичные, общительные и тревожно разумные сообразительные существа при посредничестве энергичных владельцев питомником и покупателей вскоре распространились по свей стране. Однажды перебравшись с хозяина-человека на собаку, транскриптазное производное Беренбаума, подобно исходному вирусу СПИДа, прошло и через родильные пути собак. Оно передавалось также при их случках и через слюну при укусе или облизывании.

Но ни одной дендритно обогащенной «Рэлейской колли» и в голову не придет укусить человека. Совсем наоборот, эти послушные и воспитанные домашние любимцы, как достоверно известно, даже поднимают опрокинувшиеся мусорные баки и забрасывают в них обратно просыпанный мусор. Среди людей случаи инфицирования нейронным чернобылем остаются резкими, зато среди собачьей популяции Северной Америки инфекция распространилась со скоростью лесного пожара – и доктор Хоттон иллюстрирует это серией логично составленных карт и диаграмм.

Глава пятая предоставляет нам преимущество ретроспективного взгляда. К настоящему времени мы уже свыклись с представлением о многих различных видах «разумности». Существуют, к примеру, различные типы компьютерного Искусственного Разума, не имеющего реального родства с человеческим «мышлением». Они не были неожиданностью, зато всевозможные формы разумности животных до сих пор способны удивлять нас своим разнообразием.

Различие между Canis familiaris и его диким двоюродным родственником койотом до сих пор оставалось необъясненным. Д-р Хоттон предлагает нам весьма убедительное объяснение, основывая свое толкование картой нервной системы койота, составленной его коллегой, доктором Рейной Санчес из Лос–Аламосской национальной лаборатории.