Следующее утро, как и всегда, Сварог встретил на вершине мирового дерева. И снова над ним зависло грозовое облако отца. Род был не просто разгневан, он был в бешенстве. Молочная река, всего сутки назад нормально функционировавшая, опять пересохла.

Открыв Голубиную Книгу, Род ткнул пальцем в страницу, и похолодевший Сварог прочел, что корова Зимун должна была родить сильного бога, которому положено нести ответственность и за все дикое зверье, и за любую домашнюю скотину. Звали скотьего бога Белесом.

– Где хочешь найди мальчишку, – прогрохотал Род, – иначе такой падеж зверья да скота начнется, что потом никакими заклятиями экологическое равновесие не восстановишь!!!

Но попытки Сварога выяснить, кто и куда отправил коровьего сына, потерпели фиаско. Никто ничего не помнил, каждый его сын так и норовил свалить вину на другого. Разбор полетов на этот раз проходил тут же, у ворот коровника.

Корова Зимун тосковала по сыну. Она не пила, не ела, только тяжело вздыхала. Даже шум, что устроили Сварог и его шумные отпрыски у входа в хлев, не только не вывел корову Зимун из депрессии, но даже не привлек ее внимания.

Зато Сарайник, для которого оленеводство становилось прекрасной и несбыточной мечтой, проклинал тот день, когда он услышал, что в Ирий требуется скотник. Сарайник снова сидел на коньке крыши коровника, опасаясь, что гневливые боги попросту затопчут его. И что расшумелись? Работать не дают спокойно. Ну пересохла молочная река, так что ей не пересохнуть? Сосцы коровьи раздаивать надо, а как он, спрашивается, это сделает, если хозяева скандал да побоище на его рабочем месте устроили? Маленький скотник вздохнул и подумал, что на поляне нет еще одного участника событий – Полкана, незаконнорожденного сына Сварога. Он пытался вспомнить, действительно ли мальчишку забрал конеподобный бог войны или же ему это приснилось. Так и не найдя ответа на этот вопрос, Сарайник вздохнул и подумал: «А был ли мальчик?»