Может и прав тот Подольский, который исчисляет кривизну пространства. В самом деле, если представлять пространство как черную ткань, растягивающуюся и собирающуюся в складки, и даже (при сильных полях) выворачивающуюся наизнанку. Профессор мысленно усмехнулся. Куда-то туда и уходит в его опыте стеклянный шарик. Уходит, что бы через долю секунды вынырнуть в другом месте.

Профессор уже много лет был кумиром университетской молодежи. По традиции студенты этого университета объединялись в различные корпорации, соперничающее друг с другом. Традиция эта насчитывала несколько веков, и сложилась еще в те времена, когда ректора университета избирали из числа студентов. Ректор должен был иметь духовный сан - ведь в его обязанности входило исповедовать нагрешивших студентов. Университет был основан более 400 лет назад предприимчивыми горожанами, защищавшими свою независимость от алчных рыцарей - феодалов. Теперь о рыцарях напоминает лишь старый герб города - с всадником в алом плаще и драконом - меланхоличным зеленым динозавром. Только шумные студенческие пирушки теперь нарушают спокойствие городских обывателей.

В последние десятилетия о корпорациях стали забывать. В большинстве своем студенты университета делились на две группы. Первые любили проводить вечера в тавернах, пить светлое пиво или красное вино, бродить ночами с гитарами по городу, бросать букеты встречным девушкам, ночи напролет сочинять куплеты бесконечных поэм. Среди них часты дуэли, проводимые по сложным и запутанным кодексам, заканчивающиеся, как правило, дружеской попойкой. Вторые собирались у себя на квартирах долгими вечерами, пили чай с сыром и колбасой, иногда покупали водку, закусывая ее сыром и колбасой, и спорили. Спорили до хрипоты. О философии. О политической экономии. Hекоторые находились под негласным надзором полиции. Hаукой же, как всегда, увлекались только единицы.

Профессор обмотал вокруг шеи белый шарф, надел цилиндр и пальто. Дремавший сторож очнулся и почтительно отворил ему двери.