- Но миссис Ватроуз, насколько я разумею, похищать не собираются? Коль скоро скормили ей непонятное снадобье, вызывающее тахикардию и способное отправить на тот свет...
- Эрик, в их затее миссис Ватроуз не играет никакой особой роли. Она служит мелким затруднением, побочным неудобством для невидимок. Если муж был известным исследователем шельфа, то жена вовсе не располагает любопытными океанографическими сведениями и не знает в этой области ничего сколько-нибудь важного. Миссис Ватроуз не приобретение, а обуза. Верней, угроза.
- Конечно. Только причем же здесь вы, сэр? Имею в виду след, возможную ниточку. Ведь вы тоже попадаете в разряд угрозы, и немалой, но уж никак не приобретения по научной части, извините за прямоту.
На другом конце телефонного провода послышался печальный вздох.
- Горько сознавать, что подчиненные считают тебя закоренелым невеждой, Эрик! Но для правительства я представляю ценность вполне достаточную, согласен? И в голове ношу кой-какие вещи, способные кое-кого изрядно заинтересовать. Согласен, до происшествия с мужем миссис Ватроуз я вряд ли попадал в поле зрения загадочных невидимок, но теперь очутился в нем. И должен быть устранен прежде, нежели примусь докапываться до истины.
Мак порол какую-то полубессвязную чепуху, но я старался внимать ему с примерным терпением. В должный час, говорил опыт, очень многое, выглядевшее несуразным, обретет и смысл, и толк.
- Убивать меня было бы расточительно и глупо, - уведомил Мак. - Все равно, что сжечь материалы засекреченного архива, не раскрыв ни единой папки.
- Вы осведомлены о невидимках, сэр? Заслали к ним агента? Или доносчика приобрели?
- Отнюдь нет. Наблюдаю, записываю, сопоставляю творящиеся вокруг вещи; пускаю в дело здравый рассудок.
Мак негромко рассмеялся.
- Если бы ты, Эрик, решил пособить моему исчезновению, какую версию навязал бы следователям, как обставил бы мнимый побег, дабы придать ему достоверность? В моем возрасте, смею полагать, о любовных проказах судачить не приходится. Фонды нашей организации, к несчастью, не столь велики, чтобы на них покушаться. Врач уверяет: я обнаруживаю чрезвычайно мало признаков нервной перегрузки для человека, занимающегося подобной работой - стало быть, о нервном срыве речи не заведешь. Как же объяснить исчезновение?