- Накойчерт, я совершенно уверен, что вы выиграете, Накойчерт, проговорил он с самой открытой улыбкой, - но все же надо произвести опыт. Пустая проформа, знаете ли...

- Кхе, - отвечал мой приятель, снимая с глубоким вздохом свой сюртук, повязываясь по талии носовым платком, опуская концы губ и подымая очи к небесам, отчего лицо его приняло самое невероятное выражение, - кхе! - И, помолчав, он снова промолвил: "кхе!" - другого слова я так от него больше и не услышал. - Ага, - подумал я, не высказывая, впрочем, своих мыслей вслух, - Тоби Накойчерт молчит - такого еще не бывало! Это, несомненно, следствие его прежней болтливости. Одна крайность влечет за собой другую. Интересно, помнит ли он, как ловко он меня допрашивал в тот день, когда я прочел ему свое последнее наставление? Во всяком случае, от трансцендентализма он теперь излечился.

- Кхе, - отвечал тут Тоби, словно читая мои мысли, с видом задумчивым и покорным.

Тут пожилой господин взял его под руку и отвел в глубь моста, подальше от калитки.

- Любезный друг, - сказал он, - для меня дело чести предоставить вам нужный разбег. Подождите здесь, пока я не займу своего места у калитки, откуда мне будет видно, насколько изящно и трансцендентально вы возьмете этот барьер, - и не забудьте про курбет в воздухе. Конечно, все это пустая проформа... Я сосчитаю "раз, два, три - пошли". При слове "пошли" бегите, по никак не раньше. - Затем он занял свою позицию у калитки, минутку помолчал, словно в глубоком раздумье, а затем взглянул вверх и, как мне показалось, легонько усмехнулся. Потом потуже затянул свой фартук, потом пристально посмотрел на Тоби Накойчерта и, наконец, произнес условный сигнал:

- Раз, два, три - пошли!

На слове "пошли", не раньше и не позже, мой бедный друг сорвался в галоп. Калитка была не так высока, как стиль мистера Лорда {23*}, но и не так низка, как стиль его критиков.