- Чепуха! - воскликнул Уустриц. - Я могу сделать вам контрпредложение: длительность обучения будет зависеть от того, на каком курсе вы обучаетесь, и плата за обучение не будет взиматься после получения диплома. Вы же, Муравьед, долго в Университете не продержитесь и вопрос о вашем дипломе будет иметь, я бы сказал, чисто академический интерес.

Муравьед! Диллингэм узнал этот голос. Всего год назад Муравьед поступал в его группу и пользовался шпаргалками на вступительном экзамене, хотя вряд ли в этом нуждался. Теперь же он руководит студенческой демонстрацией.

- Вы меня слышите, Диллингэм? - раздался голос Уустрица. - Они нас заперли в экзаменационном зале. Мы требуем подкрепления.

- Заперли? Всех преподавателей?

- Всех, кто был на территории Университета, когда они сюда ворвались. Я здесь с Серо-буро-малиновым, К-9, Осиногнездом и Электролампом. Я не уверен, что вы со всеми знакомы.

- Я помню Осиногнезда. Он принимал у меня экзамены в Совещательную Комиссию. Никогда не забуду...

- Мы требуем, чтобы раз в два года нам предоставляли отпуск с сохранением стипендии на весь семестр, - продолжал Муравьед.

- Целый семестр? Рядовым студентам? - возопил Уустриц. - Наш бюджет не позволяет предоставлять такие отпуска даже преподавателям. Если вы немедленно не откажетесь от этого требования, то вам придется отрабатывать целый семестр на университетской помойке. Я это гарантирую. Вам удалось починить джанна?

Диллингэм вздрогнул, осознав, что последние слова относились к нему. Он ценил умение директора вести одновременно два разговора.

- Именно поэтому я вас и вызвал. Джанн...

- Эге! Он вышел на внешнюю связь! - крикнул один из студентов. - Это нечестно!

- Погодите, - взмолился Диллингэм.

- А, это Диллингэм, - сказал Муравьед. - Я его знаю. Он перебежчик! Отключите его.

Диллингэм промолчал.

- Вареный рак! - выругался Уустриц. На панели "переводчика" вспыхнула красная лампочка - это означало, что "переводчику" приходится передавать значение неприличного выражения. - Доктор, немедленно возвращайтесь обратно.