– Боюсь, что вы слишком оптимистично смотрите на дело, мистер Шервуд, – серьезно произнес сыщик. – Во всяком случае, я постараюсь выяснить, каким образом исчезло ожерелье и куда оно девалось? Но предупреждаю, не делайте мне потом упреков, если мое расследование принесет не совсем приятные для вас результаты.
– То есть как это? – изумленно спросил Шервуд.
– Очень просто, – спокойно ответил Картер. – Вы не приняли во внимание обстоятельства, что инспектор Мак-Глусски, обыкновенно, далеко не суров с арестованными из интеллигентного класса. По какой же причине он так жестоко обошелся с вашей невестой? Так же и фирма Бабкок и К°. Ведь арестовать девушку из порядочного общества и засадить ее в тюрьму – дело далеко не шуточное и если все-таки доверенный этой фирмы не остановился перед таким шагом, то, очевидно, у него есть на это серьезные основания. Что вы скажете, если мисс Лилиан, невиновная в самой краже, причастна к ней в качестве сообщницы вора?
Шервуд энергично потряс головой.
– Нет, нет и нет, мистер Картер! – вскричал он. – Вы никогда не убедите меня в справедливости вашего предположения.
– Вы не так слепо верили бы в невиновность мисс Лилиан, если бы знали, что мистер Мак-Глусски уже обратился к помощи одного сыщика, который выяснил обстоятельства, говорящие как раз за обвинение.
– Но это невозможно, – замялся Шервуд. – Что мог выяснить этот сыщик? Совершенно невозможно, чтобы ожерелье...
– Что касается ожерелья, – медленно продолжал Картер, – то сыщик по поводу его, действительно, ничего не выяснил, или, верней, пока еще не выяснил, зато с достаточной ясностью доказал факт, что из очень многих магазинов пропадали дорогие вещи, непосредственно после посещения данного магазина вашей невестой.