Как известно, каждый вид воспринимает окружающее в соответствии со своим чувственным аппаратом, или, точнее, в зависимости от того, какое содержание он выделяет из сообщений, получаемых от своих органов чувств. Таким образом, несмотря на всю схожесть нашего мира с миром зверя, птицы или чужеземца, мы все же ощущаем его по-разному. К счастью, существуют определенные барьеры (я говорю «к счастью» после того, как узнал, что может случиться, если барьеры снять), ограничивающие восприятие реального мира на приемлемом для нас уровне. Мы не готовы к совмещению разумов. Этот патрульный и я узнали предостаточно, даже слишком много друг о друге, чтобы понять, что соглашение может быть заключено, а условия его будут выполняться. Но я решил, что скорее с голыми руками пойду на лазерный излучатель, чем снова повторю такой фокус. Официально у Патруля не было к нам претензий, лишь недоверие да чувство неприязни, чем мы пренебрегали. И я думаю, они были рады тому, что, хотя им пришлось выбросить белый флаг, Гильдия все еще держала нас на мушке. И вполне могло быть, что после того, как мы взлетели с базы Патруля, нас воспринимали как приманку для какой-то будущей ловушки, которая будет поставлена на главарей Гильдии, — эта мысль не давала мне покоя. Когда загорелся предупредительный сигнал, я в последний раз быстро оглядел комнату и пошел посмотреть в дверной глазок. Мое внимание привлекло запястье, стянутое черно-серебряным браслетом Патруля.

Я открыл дверь.

— Слушаю вас.

Увидев его, я перестал сдерживаться и мои слова прозвучали с неприкрытым раздражением. На нем была не униформа, а скорее причудливо украшенная обтягивающая туника туриста из внутреннего мира. Патрульный обязан поддерживать себя в хорошей физической форме, поэтому на нем она смотрелась лучше, чем на морщинистых, пузатых личностях, которые встречались здесь в холле. Но это еще ничего не значило, потому что на мой взгляд этот фасон был излишне вульгарным.