– Сомневаюсь, – хихикнула Кайра, – по-моему, у этой девицы уже есть в жизни счастливая и взаимная любовь – к конфетам!

Принц брезгливо фыркнул, выхватил у девушки забракованный портрет и бросил его под кресло.

– Лот номер два! – входя во вкус игры, торжественно провозгласила телохранительница. – Младшая дочь офирского кесаря – леди Ксения!

Изображенная на картине девица отличалась крайней худобой, квадратным подбородком, удлиненным лицом и выпирающими вперед крупными зубами. Тай аж икнул:

– Спаси меня Аола! Эта Ксения выглядит такой кобылой, что связавшегося с ней нужно судить за конокрадство!

– Ну ты и пошляк! – гневно попеняла ему Кайра.

– Не пошляк, моя дорогая, – принц настойчиво разжал ладошку девушки, отнимая у нее портрет Ксении и отправляя его в компанию к фрейлейн Брюнхильде, – а эротический шутник!

Кайра покосилась на него недоверчиво и взяла следующую картинку:

– Сама вдовствующая маркграфиня Рюнхенская, фрау Фрира!

Женщина на портрете выглядела от силы лет на тридцать, бесспорно обладала красотой и статью, но, присмотревшись повнимательнее, можно было заметить склочно поджатые тонкие губы стервы и холодные глаза властолюбивой убийцы.

– Благодарю покорно! – бурно отреагировал принц. – Да ты, никак, смерти моей желаешь? Эту благородную даму не зря Фригидрой прозывают, она уже троих здоровенных мужей в могилу свела… – И компания дам под креслом пополнилась еще одним достойным экземпляром.

– Дочь нарронского короля, принцесса Рагунда! – прочитала Кайра подпись под портретом.

– А знаешь, эта вполне ничего! – Тай задумчиво теребил свои локоны. – Не красавица, но вполне мила, и личико умненькое. И, судя по пропорциям, у нее, скорее всего, аппетитные длинные ножки…

– А ноги-то тебе куда упираются? – недоуменно спросила Кайра.

– В плеч… – необдуманно начал принц и тут же осекся. – Ой, прости, пожалуйста, само вырвалось. Ну, ноги – это весьма важно и даже рискованно. Я уже не единожды замечал, что длина мужских рог прямо пропорциональна длине женских ног…