– Мне никогда не приходило в голову классифицировать инструменты. Торра - прекрасный инструмент, на нем очень приятно играть, вот и все.

– Сыграйте еще, - попросил Форзон и снова застыл, как изваяние, пока не отзвучали последние шепчущие аккорды.

– Изумительно. Потрясающие технические возможности! В отличие от прочих известных разновидностей арфы, Тут все струны прямо под рукой, и поэтому…

Он запнулся, услышав шаги в коридоре. Девушка явно занервничала. Но человек, кем бы он ни был, проследовал мимо, и Форзон сказал:

– По-моему, уже время ленча. Не хотите разделить его со мной? Она медленно покачала головой.

– Думаю, лучше всего не афишировать наше знакомство. Не говорите об этом никому. Пожалуйста. - Она приоткрыла дверь и выглянула в коридор. - А теперь уходите. И не возвращайтесь сюда. Я сама зайду к вам перед отъездом, если получится.

Уже в коридоре Форзон сообразил, что так и не узнал, как ее зовут. Столовую он нашел по запаху, но был остановлен на пороге одной из типичных представительниц раштадтовской милиции.

– Офицеры обслуживаются в своих апартаментах, - категорически заявило существо в униформе.

– Очень мило, однако я предпочитаю поесть в столовой. Существо слегка смутилось, но продолжало гнуть свое:

– Согласно приказу координатора…

– Скажите координатору, - буркнул обозленный Форзон, - что старший инспектор был ужасно голоден.

Он обошел застывшую столбом фигуру, взял поднос у стойки и расторопно обслужил сам себя. Потом уселся на свободное место за длинным столом, где уже обедали несколько девиц в униформе и молодые парни в рабочей одежде. Все они разом замолчали, отводя глаза в сторону. Форзон попытался завязать беседу, но не встретил ответного отклика и вскоре остался в гордом одиночестве дожевывать свой рубленый бифштекс.

Вернувшись к себе, он обнаружил на рабочем столе обильный и даже изысканный ленч. Еда давно остыла, и Форзон поспешил спустить ее в унитаз. Потом подошел к окну и с отвращением обозрел уже знакомый технопейзаж, но тут в его дверь постучали.