И вот наступил небывалый день для всей округи. Из соседних кварталов сбежались дети; они играли на залитых водой улицах и в переполненных канавах, и если кто-нибудь утонул (а мы не утверждаем этого наверняка) в потоках воды (настоящее наводнение!), то это легко было предвидеть. Пожарные машины (где это видано, чтоб их вызывали откачивать воду!) заливало выше колес. Повсюду сновали санитары и полицейские, мокрые до нитки и растерянные.

- Живая и мертвая вода! Кого побрызгать?! Кого побрызгать?! - выкликала Кларисса Уиллоби.

- Да заткнись ты! - цыкали на нее санитары. Бармен Нокомис из "Позолоченного крана" отозвал Кларенса в сторонку.

- Про этот твой фокус я никому ни гу-гу, так и знай, сказал он.

- Вы не скажете, так и я не скажу, - отвечал Кларенс.

Но полицейский Комсток что-то пронюхал.

- Тут должно быть какое-то объяснение - одно из семи. Это сделал кто-то из семи маленьких Уиллоби. Как - я не знаю. Даже если бульдозером этот кран своротить, и то от него что-нибудь останется. А все-таки это они, кто-то из них.

У полицейского Комстока был редкий нюх на темные дела. Вот он и разгуливал здесь в доках, на окраине, а не сидел начальником где-нибудь в центре города.

- Кларисса! - грозно окликнул ее полицейский Комсток.

- Живая и мертвая вода! А ну, кого побрызгать!.. - не унималась девочка.

- Известно тебе, что случилось с этим краном? - спросил ее полицейский.

- По-моему, здесь какое-то колдовство. Больше я пока ничего не знаю. Когда узнаю поточнее - скажу.

Клариссе было восемь лет, и ей повсюду чудилось колдовство.

- Гарольд, Клементина, Коринна, Джимми, Кирилл! - вызвал Комсток пятерых младших Уиллоби. - Известно вам, что случилось с этим краном?

- Тут вчера ходил один дяденька. Верно, он и стащил, предположила Клементина.

- Да не было здесь никакого крана. Зря только шум подняли, - заметил Гарольд.

- Это дело будут слушать в ратуше, - сказала Коринна.