Тихов ничего не ответил, потому что, наконец, понял, что его сравнили с каким-то Шариком. Он сунул медэкспертизу в карман и прикрыл дверь.

– Но как сюжет для фантастического рассказа… – насмешливо прокричал Адмирал вдогонку.

В коридорах Литературного клуба уже летали слухи. Это слово Тихов относил к насекомым типа гнуса – оно умело кусать, летать, ползать и быть неуловимым. Коллеги-писатели куда-то от него попрятались. Тихов понял, что перестанет себя уважать, если не доведет этот сюжет до конца. К черту ударную концовку, пусть будет безударная, лишь бы была. Он найдет ее, жизнь на Марсе. Его никто не провожал, лишь один старенький фантаст испуганно выглянул в окно и сделал жест, будто хотел то ли перекреститься, то ли постучать пальцем по лбу.

У подножия великого вулкана Никс Олимпик стоял столб с надписью:

ПАЛЕОНТОЛОГИЧЕСКИЙ КУРЬЕЗ!

НА ЭТОМ МЕСТЕ ЧЛЕНЫ 13-й ЭКСПЕДИЦИИ НАШЛИ

ПОДЛИННУЮ ЧЕЛОВЕЧЕСКУЮ ЧЕЛЮСТЬ.

Тихов привязал к столбу канат, отметил по радиусу участок и оцепил его канатом. Потом надул двухкомнатную палатку. Диктофон, сидя на камне, с интересом наблюдал за ним.

«Заткнись», – подумал Тихов, хотя Диктофон не произнес ни слова. Неработающий робот всегда раздражает.

Тихов развесил на канате красные флажки и таблички с надписью:

НЕ МЕШАТЬ! ИДУТ РАСКОПКИ!

Знаменитый вулкан поглядел сверху на его старания и закашлялся дымом.

«Заткнись, – мрачно подумал Тихов, и вулкан удивленно заткнулся.

Тихов забрался в палатку и погасил свет. За окном начался кровавый марсианский закат. От земных закатов он отличался особой мрачностью – красные и черные небеса чередовались и напоминали траурную повязку, а звезды, в отличие от земных, светили не дыша и не мигая, как в почетном карауле. Гигантская вулканическая гора закрывала здесь полнеба,