— К сожалению, ее нет дома.

Не может этого быть! Ладно, глубокий вдох… спокойно.

— А когда она будет? — Она не сказала.

По голосу матери Баффи Ива могла понять, что Баффи пошла по своим истребительским делам, о которых мать знала, но иногда не хотела произносить это вслух.

«Будто Баффи обязательно нарвется на чересчур быстрого вампира и не вернется домой. Или вернется с очень плохой кожей, огромными зубами и резко переменившимся вкусом в отношении напитков».

Ива чувствовала себя виноватой, что этой ночью не пошла с Баффи. Но ей было известно, что та часто ходит на вампиров в одиночку.

— Ива, у тебя ничего не случилось?

— Нет-нет, все в порядке. — Меньше всего ей хотелось, чтобы мать Баффи всполошилась и сказала дочери, что у Ивы что-то случилось. Ничего хорошего не будет, если Баффи, усталая после закалывания последних клыкастых, прибежит в дом Кэмпбеллов только потому, что Иве что-то померещилось. — Я просто хотела ее спросить… когда она хочет, чтобы я с ней позанималась, как она просила…

Это было вполне правдоподобно. Баффи приходилось иногда трудно в учебе из-за внеклассных занятий.

— Я ей скажу, что ты звонила.

— Да нет, не стоит. Спасибо, миссис Саммерс, я лучше завтра у нее спрошу.

Если завтра это еще будет актуально. Ива попрощалась и повесила трубку. Ей все еще было жутко, и она пока не могла сесть и успокоиться. «Ксандр сказал бы, что по мне паучки бегают».

Она посмотрела на часы на видеомагнитофоне. Было 21.28. Кэмпбеллов не будет дома еще полтора часа. Все самые страшные фильмы про маньяков, на которые ее водил Ксандр, лезли в голову сами по себе.

Она решила позвонить Озу. С ним всегда становилось спокойнее. Такой уж он был парень, хотя и бывал временами вервольфом. Сегодня вечером он репетирует с оркестром, но с ней — она знала — он обязательно поговорит.