Но учился Спрутс с энтузиазмом и скоро повадился читать книги из библиотеки Клепки. Он ничего не понимал в формулах, но с увлечением изучал картинки. Мир техники открыл Спрутсу новые горизонты, и вечерами, когда они с Незнайкой пили чай на балконе, он увлеченно рассказывал о замечательных проектах, которые мог бы осуществить на Луне, но не осуществил потому, что слишком увлекался добычей денег, и, как выражался, "голым чистоганом".

Целые дни Спрутс проводил в либо в гараже Клепки, либо в его мастерской, либо в лаборатории, а иной раз по несколько дней не вылезал из библиотеки. Незнайка иногда вытаскивал его на воздух, опасаясь, как бы Спрутс не забыл дневного света и вкуса свежего воздуха. Спрутса, однако, теперь мало интересовали развлечения жителей Солнечного города, и отсутствующее выражение не сходило с его лица до тех пор, пока они не возвращались обратно.

Скоро, однако, идиллии пришел конец. Однажды по телевизору показали, что с Луны на Землю прибыли полицейские и взялись разыскивать Спрутса. Дело у них шло плохо, так как Спрутса на Земле никто не знал, а милиция Солнечного города не имела никакого опыта в ловле преступников, если те скрывались. В Солнечном городе не было принято скрываться, вот как.

Лунные полицейские в основном занимались тем, что давали тележурналистам интервью, в которых сетовали, как трудно работать на Земле, и рассказывали ужасно интересные истории о том, как вели себя преступники на Луне раньше, до того, как экспедиция Знайки произвела переворот в лунном обществе.

Огласив внушительный список розыскных мероприятий, сыщик Жригль начал с того, что расклеил по всему городу плакатики с фотографией Спруста. Правда Спрутс на плакатиках был настолько не похож на себя, что можно было не опасаться, что его узнают. Сыграло роль то, что за время пребывания в Солнечном городе изменилось само выражение лица Спрутса, исчезли суровые складки на лбу, прежде обвисавшие щеки приобрели приятную округлость.